Проблема грязного воздуха

Странно получается – с одной стороны, невозможно не верить гонщикам, жалующимся на нестабильность поведения машина в трафике, с другой – как быть с машинами, которые одинаково хорошо обгоняют и отрываются?.. Примеры Тони Стюарта и Брайана Викерса показывают, что у Toyota с прорывами все в порядке. Скорее всего, дело в дополнительной мощности двигателя, о которой говорят уже больше года.

№20 и №83 были бы наиболее логичными победителями Bank of America 500, но до боли знакомые проблемы в который раз встали на пути к победе. Тони Стюарт в этом сезоне вообще рекордсмен по превышению скорости на пит-лейне, а Брайан Викерс (наряду с Дейлом Эрнхардтом-младшим) по числу проколов. 500-мильная гонка в Lowe’s в этом году была похожа на уменьшенную копию Coca-Cola 600. Причем обе гонки получились великолепными.

Глядя на характерную победу Бертона, я хотел озаглавить мнение “Порядок бьет класс”, но потом одумался – как можно сомневаться в классе Джеффа? Он является самым стабильным пилотом Чейса, за исключением лидера, которому продолжает помогать удача. Бертон не рвет и мечет, как это делают пилоты Roush и механики JGR №18. И его слова о том, что “нам никто не дает шанса кроме нас самих” следует понимать не как скромное умалчивание о проблемах соперников, а как обещание еще прибавить в следующих гонках.

Два года назад Бертон лидировал после половины Чейса с преимуществом в 45 очков над Кенсетом и в 146 над Джонсоном. Перелом произошел в Мартинсвилле, где Джимми выиграл, а у Джеффа сгорел двигатель. Сейчас Бертон начал “Погоню” чуть спокойнее, очевидно, надеясь ускориться во второй половине. Дай-то Бог, чтобы у него получилось, ибо пока что оснований для интриги в борьбе за Кубок не много.

И все же нельзя не сказать, что Джонсону повезло. Не устрой отстающий на круг Монтойя бессмысленную заварушку с Куртом Бушем, Джимми мог бы быть далеко за пределами топ-10. Если бы заключительные пит-стопы проходили под зеленым флагом, то №48 оказался бы в заведомо проигрышной ситуации – менять шины нельзя, ибо долго, а финальные лонг-раны машина ехала все хуже.

Однако и при сложившихся обстоятельствах двукратному чемпиону и его крю-чифу есть над чем подумать. Казалось, что у Бертона не будет никаких шансов противостоять идущему с двумя свежими шинами Джонсону. Но Джефф прекрасно владеет ездой по внешнему радиусу, он не дал Джимми пространства большего, чем необходимое для безопасной борьбы. Джонсон признался, что пару раз чуть не потерял машину, и был вынужден уступить – вот оно, давление общего зачета. После гонки Джимми вообще заявил: “будет глупо с моей стороны думать об очках сейчас”, из чего стоит сделать вывод, что четкого мнения насчет стратегии Чейса у Джонсона даже сейчас нет.

Так что правильно пишут многочисленные зарубежные авторы – только сам Джимми может проиграть эту “Погоню”.

Но вернемся к теме гонки. Больше всего о грязном воздухе говорил Джефф Гордон. Дважды зацепивший стену пилот №24, казалось, досрочно выбывает из борьбы (в том числе, за чемпионат), однако прорыв не просто состоялся, но был совершен весьма быстро – через 200 кругов Гордон возглавлял гонку. Опередить его по скорости смог только Биффл, перед самыми пит-стопами. Тут-то шансы на дебютную в сезоне победу для Джеффа и растворились. В трафике машина шла гораздо хуже (возможно из-за стартовых происшествий), а сколь быстр не был бы пит-стоп, свободный впереди трассы уже не будет по определению. Но затем желтые флаги и возможность рискнуть, однако Летарт ставит 4 покрышки, несмотря на слова гонщика: “пытаться прорваться за оставшееся время будет сумасшествием”.

“Я думаю мы бы выиграли, если бы гонка продолжалась под зеленым флагом” - нет оснований не верить Джеффу, ведь в мае он, проводя большую часть гонки в круге отставания, добыл топ-5, сэкономив топливо.

Гордон отстает на 245 очков, и дело уже, конечно же, не в погоне за Кубком, а погоне за победой в гонке. Впереди Мартинсвилль, где он, наряду с Джонсоном, должен доминировать. В сотне очков с лидером находятся Джефф Бертон (3-е место весной) и Грег Биффл, который уже подготовил место под Дедушкины часы у себя в кабинете.